Центр экономических и политических реформ назвал самые протестные регионы
Ими стали Приморский край, Свердловская область и Москва, они лидируют по количеству трудовых конфликтов.

Болевая точка | 16.02.2017

о количеству трудовых конфликтов. Меньше всего трудовых конфликтов фиксируется на Северном Кавказе. Центр экономических и политических реформ (ЦЭПР) опирался при составлении рейтинга на данные Росстата, мониторинг сообщений в СМИ и собственную сеть экспертов. Согласно отчету, выше всего уровень социальной напряженности в Приморском крае, Свердловской области, Москве, Хабаровском крае и Бурятии.

Самыми благополучными, по данным исследования, оказались северокавказские регионы (за исключением Северной Осетии — Алании, которая в списке находится на пятом—шестом месте) и Калмыкия. Низкий уровень трудовых конфликтов на российском Кавказе объясняется отсутствием в этих регионах «самостоятельной экономики» и их информационной закрытостью.

При составлении рейтинга учитывались три фактора: данные Росстата, число резонансных конфликтных случаев и количество возникших из-за них трудовых протестов. Всего в отчете эксперты ЦЭПРа учли 1141 случай трудовых конфликтов, из которых 217 переросли в протесты — митинги и забастовки. Большая часть конфликтов — 82,7% — оказалась связана с невыплатой и снижением зарплат.

В январе 2017 года Росстат сообщил, что за месяц уровень задолженности по зарплатам снизился почти на 30% — на 1,1 млрд руб. Эксперты ЦЭПРа в отчете подвергли сомнению эти данные. По их информации, к примеру, в Ростовской области общая задолженность не могла достигать указанных Росстатом 35,7 млн руб., так как долг по зарплатам только одного из местных предприятий, ГК «Кингкоул», составил более 300 млн руб.

Также есть информация по динамике количества трудовых конфликтов. Социальная напряженность в регионах росла в течение первых девяти месяцев, и ее пик пришелся на третий квартал года (544 резонансных конфликта по сравнению с 263 — во втором), а в четвертом квартале уровень напряженности, как сообщается в отчете, снизился. 
По словам эксперта, данные рейтинга не обязательно означают, что власти хуже всего работают именно в регионах — лидерах списка. В то же время он убежден, что в целом исследование ЦЭПРа точно отражает картину социальной напряженности в регионах. Неумение местных властей работать с протестами приводит к тому, что трудовые конфликты становятся хроническими и «бьют по легитимности власти», заключает эксперт.

Автор рейтинга социально-экономической и политической напряженности регионов Николай Петров в комментарии РБК отметил, что его данные несколько отличаются от рейтинга ЦЭПРа. По словам Петрова, его эксперты отмечают «постепенный, а не взрывной» рост числа протестов в регионах-«аутсайдерах». «Речь идет об изначально тихих регионах, а не о городах, где уровень протестов в принципе высок: Москва, Санкт-Петербург, Новосибирск», — пояснил Петров.

За последние полтора года уровень протестов значительно вырос, что эксперт связал с муниципальной реформой, отменой прямых выборов мэров, с сентябрьскими выборами, когда стало значительно меньше оппозиции в региональных заксобраниях. В разрешении резонансных трудовых конфликтов чаще всего участвуют муниципальные и региональные чиновники, контролирующие органы (прокуратура, трудовая инспекция). Как замечают в ЦЭПРе, на практике вмешательство органов власти часто усугубляет конфликт, что говорит об «отсутствии в России выстроенной системы работы с социальными протестами».

Конструктивной тактикой ЦЭПР называет сценарий, когда власть решает проблему и не дает обостриться конфликту. Властям не хватает качественного и постоянного мониторинга ситуации на предприятиях и в различных социальных средах, резюмирует ЦЭПР. И чем раньше органы власти занимают активную позицию в решении проблемы, тем меньше вероятность перехода конфликта в острую стадию. Эксперты отмечают, что цензура в СМИ не помогает решить конфликт и попытки заблокировать информацию в медиа только усугубляют ситуацию. Мониторинг социальных конфликтов также показал, что, несмотря на «вертикаль власти», импульсы «сверху» часто игнорируются или «неадекватно» воспринимаются на уровне региона.